«94 процента россиян живут в одно-двухдетных семьях»

Анатолий Антонов, заведующий кафедрой социологии  семьи социологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова

Дорогие друзья семьи, собравшиеся в этом зале. Я хотел бы сказать несколько слов как представитель науки демографии. Занимаюсь 40 лет проблемами социологии семьи и демографии и всё время сталкиваюсь с тем, что учёные ставят эти острые проблемы перед государственным организациями, перед общественным организациями. И мы не находим должного понимания результатов наших исследований. Не находим понимания советов и рекомендаций, которые мы даём.

Я хотел бы обратить сегодня внимание вот на какое обстоятельство. Мы справедливо говорим, что семью и материнство надо поставить в центр общественного внимания, в центр политики, социально-экономической политики. Но какую семью? У нас в стране 94 процента людей живут в одно-двухдетных семьях. Только около 6 процентов семей – это семьи с тремя и более детьми. Причём меньше одного процента  семей – с пятью и более детьми.

Мы понимаем логически, что без однодетной семьи, без первого ребенка в семье не будет второго (за исключением тех случаев, когда родятся близнецы), третьего и так далее. Но мы плохо представляем себе последствия увеличения доли однодетных семей в населении. А у нас в стране сейчас именно такая картина. У нас две трети всех семей – это семьи с одним ребёнком, меньше трети – с двумя детьми.

Семья с одним ребёнком через каждые 25 лет уменьшает в два раза исходную численность населения. Хотим мы или не хотим, но это теория стабильного населения в демографии, никуда от этого не денешься. Поэтому, когда мы говорим о том, что нужно укреплять семью, мы говорим, что нужно укреплять семью с тремя и более детьми. И укреплять надо не абстрактно, а руководствуясь той структурой семьи, которая необходима хотя бы для простого воспроизводства населения.

У нас иногда говорят о том, что на Северном Кавказе (в Дагестане, Ингушетии, Чечне) у нас бум рождаемости, что там сверхвысокая рождаемость. Там нормальная рождаемость с точки зрения простого воспроизводства населения. Там сейчас имеется то число детей (2,2 ребёнка на одну женщину за всю жизнь), какое необходимо для того, чтобы население не увеличивалось и не уменьшалось.

И вот именно эта структура должна быть у нас в стране, во всей России. А 2,2 ребёнка на одну женщину – это 35 процентов семей с двумя детьми, 35 процентов семей с тремя детьми, 17 процентов семей с четырьмя детьми и 3 процента семей с пятью и более детьми. То есть 55 процентов семей должны иметь  троих и более детей. А у нас сейчас меньше 6 процентов. Почти в десять раз нам надо увеличить долю этого типа семьи, которая сейчас стала социальным меньшинством.

У нас по улицам ходят гомосексуалисты, устраивают митинги, что они социальные меньшинства, что их надо поддерживать и уважать. А почему наше право столь несправедливо по отношению к семье, которая должна стать основой семейной структуры государства и общества? Почему наше право ставит в неравное положение многодетную семью по сравнению с другими семьями?

Я, как демограф и социолог, всё время говорю на такого рода собраниях и форумах о том, что, конечно, дело не только в материальных условиях жизни этих семей.  Нужно обратить внимание на изменение системы жизненных ценностей, на радикальное изменение ценностей семейного образа жизни.

Ведь мы все, в основном, сейчас живём одиночно-холостяцким образом жизни, даже если и числимся в семьях. Отказы родителей от своих детей, колоссальное количество детей-сирот при живых родителях – это фактически отказ населения от содержания и воспитания детей. И вот эта правда очень неприятна людям.

Когда мы говорим о том, что необходимо таким образом увеличивать семейную структуру населения, очень часто в ответ сталкиваемся с негативной реакцией. Тут надо разобраться, в чём дело.

Сегодня я хотел бы сказать о том, что надо всё-таки посмотреть и на экономику вот с какой точки зрения. Мы все очень любим рыночную экономику, рыночный индустриальный капитализм, который мы вознамерились построить в нашей стране. Наша семья давно находится в рынке, потому что всё, что нужно для ребёнка и для членов семьи, всё это стоит денег. Мы это покупаем на рынке, в магазинах. Причём детские товары и детское питание гораздо дороже, чем товары для взрослых. Мы-то все знаем. Семья в системе рыночных отношений.

Но вот отношение общества и государства к родителям, которые обзаводятся детьми… Особенно на примере многодетных это очень хорошо чувствуется. Когда они приходят в какие-то высокие организации, им говорят: «Нарожали нищету, вот и занимайтесь ими сами. Вы хотели их для себя? Вот сами ими и занимайтесь». Для себя. Мы рожаем детей для себя. Только для себя.

Пока ребёнок еще в семье, маленький, это, с точки зрения современной рыночной экономики, полуфабрикат. А когда он в 18 лет становится полноценной рабочей силой, тут же выстраивается целый отряд… Есть такая русская поговорка: «Один с сошкой, семеро с ложкой». Тут же появляются семеро собственников, которые предъявляют права на наших детей и хотят воспользоваться продуктом семейного детопроизводства. Тут представители государственных организаций, армии и многих учреждений. Им нужна рабочая сила. А где они были, когда нужно было инвестировать с первого дня в семью, в превращение этого полуфабриката в рабочую силу? Не было их, не видно и не слышно.

И вот пришла пора серьёзно взглянуть на эту систему рыночного капитализма. У нас сейчас большинство населения составляют мужчины и женщины, которые живут в сожительствах, неполные семьи, семьи, где мужчины и женщины после развода оказались по разную сторону баррикад (надо сказать, что мы уже несколько десятков лет на первом месте в мире по разводам), и матери-одиночки.

Вот такое одиночно-холостяцкое население преобладает у нас в стране. Полная семья (два родителя и несколько детей) – это действительно социальное меньшинство. Как оно представлено в системе экономики? Сейчас это двухзарплатная семья. Невозможно на одну зарплату содержать семью, даже одного ребёнка. Матерям надо обязательно работать. Поэтому мы имеем двухзарплатную семью, где работают отец и мать одновременно. И в последние 20 лет получили систему, когда очень плохо стало всё с дошкольными учреждениями.  Даже этих двух зарплат не хватает на содержание одного ребёнка.

Мы оказались страной с совершенно необычной новацией: в число бедных попадает семья, где работают оба родителя. Почему это так? Потому что у нас в рыночной экономике существует принцип: за равный труд равную зарплату. Поэтому отец пятерых детей и бездетный холостяк получают одну и ту же зарплату.
Пришла пора и товарищам экономистам, и политикам, и министрам подумать о том, справедлив ли этот принцип. Ведь право, чтобы быть справедливым по отношению к семье, должно быть неравным.

Поэтому мы предлагаем за равный труд равный уровень жизни. То есть в систему экономических калькуляций должна быть поставлена семья и душевой доход семьи. Как бы там что ни менялось на производстве, родитель с детьми и человек, имеющий одного ребёнка, не могут иметь равную зарплату. Зарплата должна быть больше у того, у кого больше детей. Дети дороже нефти. Это социально значимый продукт для всей экономики, всего народного хозяйства.

Второе. Мы потеряли семью, где работает отец, глава семьи, и получает зарплату, достаточную для содержания жены и нескольких детей в семье. Это идёт со времен советской власти. И нынешняя, грубо говоря, простите меня за это, антисоветская власть восприняла это советское наследство, потому что это выгодно. Вообще, низкая рождаемость и однодетность семьи выгодна государству, которое выражает экономические интересы предпринимателей. Это элементарно доказывается, посмотрите все наши книги. Чем ниже число детей в семье, тем ниже зарплата рабочей силы.

Елена Борисовна Мизулина в своём замечательном докладе… Я вам должен сказать, первый раз в нашей стране появляется человек на своём месте, в Думе, который через себя, через своё сердце пропускает проблемы семьи. Я не могу не подчеркнуть это обстоятельство.

Как быть? Как сделать так, чтобы было больше семей с домашними хозяйками? У нас домашняя хозяйка – это не просто мать, которая сидит дома. Это скульптор, который своими руками лепит душу ребёнка. И это считается вообще никому не нужным трудом. А, сидит дома, телевизор смотрит.

Мы ставим вопрос о том, что нам нужно, во-первых, увеличить долю таких семей. Но сразу это, конечно, невозможно сделать. Можно пойти по тому пути, о котором сегодня уже говорили. Матери с детьми-инвалидами, больными детьми должны получить статус социального работника. Сегодня здесь это предлагали. Мы, учёные, предлагаем, чтобы такая мать получала статус воспитателя детского сада, учителя начальных классов. Но она должна получать за эту свою работу в семье (сначала, допустим, в семье с пятью и более детьми) такую же профессиональную зарплату.

Современное материнство – это профессиональное материнство. Нужна материнская семейная зарплата, которая позволяет действительно содержать детей и содержать на таком уровне, который не отбрасывает семью при рождении очередного ребёнка за черту бедности.

Поэтому наш принцип создания экономики, которая отзывчива к нуждам семьи, построен на том, что в центр всех экономических калькуляций мы должны поставить не индивидуального работника, не индивидуальную минимальную зарплату, не индивидуальный прожиточный минимум, не индивидуальную потребительскую корзину, потому что за всеми этими расчётами пропадает семья, – а именно посемейный принцип.

Поэтому мы предлагаем наряду с увеличением доли однодоходных семей систему налогов, доходов и кредитов. Такую льготную систему, которая позволяет улучшать материальное положение семьи с детьми.

У нас 95 процентов женщин работают. Все трудоспособные. Почему? В одной и той же семье работающие мать и отец платят два раза подоходный налог. С одной семьи надо брать один налог. Почему идёт эксплуатация, двойной налог на семью, когда работают отец и мать? И с него вычитают налог, и с неё. Это совершенно неверно.

Если мы в центр внимания ставим душевой доход семьи, то двойной налог на семью уменьшает доходы семьи с несколькими детьми. Чем больше детей, тем больше они платят налогов. Это неверно, от этого надо отказаться. Налоговая система должна быть лояльна по отношению к семье и к увеличению числа детей в семье.

И система кредитов для молодой семьи с льготными ставками. Мы предлагали, кстати говоря, в 2004 году, когда премьер-министром был Касьянов, кредит молодым семьям для обзаведения жильём в 50 тысяч долларов (это примерно). По всей России была такая сумма. Восемь министров подписали такое решение. Через месяц после того, как мы приняли это решение, Касьянова сняли. Я даже догадываюсь, что, наверное, и по этой причине тоже. Впервые был сделан шаг навстречу семье. Причём молодая семья могла расплачиваться детьми за выплату этого кредита. Рождение четвёртого ребёнка полностью погашало долги перед государством.

Я хочу обратить ваше внимание на то, что, если захотеть, мы можем и экономическую систему изменить. Но многие считают, что то, что есть сейчас, – это навсегда, надолго, и это нельзя менять. Современная экономическая теория возникла во времена Адама Смита. И Адам Смит, когда писал свою великую книгу, обратил внимание на то, что есть несправедливость в рыночной экономике, которая платит одну и ту же зарплату работникам с разным числом детей. Он даже к своему экономическому трактату написал отдельную книгу в 700 страниц, посвящённую проблемам нравственности.

И эта проблема до сих пор в современной экономической теории не решается. Именно потому, что её не хотят решать. Очень многие люди зарабатывают колоссальные деньги на нынешней однодетной и двухдетной семье. Это очень выгодно. Поэтому, и в нашей Думе, Елена Борисовна, есть силы, которые оказываются по другую сторону баррикад, если иметь в виду нормальную просемейную, наталистическую, фамилистическую политику стимулирования рождаемости и семьи с тремя-четырьмя детьми.

Страничка участника: http://sm.cnsr.ru/ru/activisms/demograf_anatolij_antonov_/



Комментарии:
Ваше имя:
В О З З В А Н И Е

Материалы Третьего Форума «Святость материнства»

Материалы Второго Форума «Святость материнства»

Аналитика